Прималы

Могущественные существа, воплощение людских надежд и стремлений, многие из них хорошо знакомы ветеранам Final Fantasy: Ифрит, Шива, Один, Бахамут. В разных играх их называют по-разному – эсперы, эйдолоны, аватары, астралы, но они всегда служат одной цели – обрушивать на врагов град спецэффектов.

Прималы (или "эйконы", как их еще называют) рождаются, когда люди посредством ритуала фокусируют свою веру. Бывает, что в чрезвычайных ситуациях прималы возникают сами собой – например, во время каких-то глобальных потрясений. В обоих случаях им требуется большое количество эфира – субстанции, из которой состоит все живое. Прималам необходима регулярная подпитка, и чем больше эфира они потребляют, тем сильнее становятся. Аппетиты прималов поистине безграничны, их последователи всегда ищут новые источники энергии. Обычно в ход идут кристаллы, но порой дело доходит и до жертвоприношений.

Каким получится примал – целиком зависит от того, кто его призывает. Но не важно, добрый это примал или злой, мирный он или воинственный, он в любом случае наносит планете вред. Эти существа потребляют слишком много эфира, они как паразиты выкачивают жизнь из Хайделин. И даже зная это, многие все равно пытаются их призвать. Порой людей на это толкает отчаяние, порой – амбиции.

В качестве контрмеры Хайделин создает Воинов Света. Своих защитников она наделяет такой силой, о какой простым смертным остается только мечтать. Им открыто тайное знание, они оправляются от любых ранений и, что немаловажно, защищены от обращения.

Прималы опасны не только своими деструктивными наклонностями. Они способны затуманивать людской разум, превращать их в рьяных последователей, причем эта процедура необратима. По крайней мере, еще никому не удалось вылечить кого-либо из обращенных. По этой причине даже целые армии зачастую оказываются бессильны против прималов – наоборот, чем больше людей идут с ними бороться, тем больше они обретают последователей. Древний Аллаг побеждал прималов с помощью боевых роботов, ну а у современных народов нет такой роскоши, им приходится полагаться на Воинов Света.

Видеоверсия рассказа: первая часть | вторая часть

Ифрит

«Мое пламя поглотит и плоть твою, и душу!»

Владыка огня, которому поклоняются ящеролюди Амалд'жа. Эти гордые воины прекрасно приспособлены к засушливому климату – им практически не нужна вода, более того, в больших количествах она для них смертельна. Ифрит воплощает все ценные среди Амалд'жа качества – он сильный, яростный, нападает без колебаний.

Ифрит активно обращает людей в своих рабов. Воины и торговцы, стар и млад, пламя Ифрита выжигает разум у всех, кто угодил к нему в плен. Обращенные солдаты Уль'ды считаются погибшими в бою, хотя на самом деле их казнят свои же товарищи. Иного выбора у них нет: оставить обращенных в живых – значит позволить прималу питаться их молитвами.

Не все Амалд'жа служат Ифриту. Небольшая группа под названием "Братство пепла" отвергла огненного примала. Они считают, что истинный воин не должен никому поклоняться. Эти облаченные в синее отступники устраивают вылазки в тыл своих фанатичных сородичей, убивают жрецов Ифрита и крадут заряженное его силой оружие.

Primal Judgment

Гаруда

«Обреченные ползать по земле должны благоговеть предо мной – ИБО Я ЕСТЬ ВЕТЕР!»

Владычица ветров, кровожадная и непредсказуемая, Гаруда явилась на зов птицеподобных Иксал. Эта некогда крылатая раса утратила способность летать, но их по-прежнему манит небо. Ныне Иксал бороздят облака на воздушных шарах, направляемых ветрами Гаруды.

Нельзя не заметить, что Гаруда совсем не похожа на своих подопечных – у нее человеческое лицо. Разгадка кроется в том, как Иксал появились на свет: их создали аллаганцы для десантирования в горячие точки. В то время ими руководила женщина-генерал – спустя десятки поколений легенды о ней послужили основой для примала.

Fallen Angel

Титан

«Вы сгинете у меня под пятой, смертные! Мой гнев не задобрить, не смягчить!»

Отец гор, покровитель живущих под землей кобольдов. Грозный лик Титана не предвещает ничего хорошего тем, кто без приглашения вошел в его святилище. Впрочем, в отличие от, например, Ифрита с Гарудой, он не испытывает тяги к разрушению. Титана переполняет горечь за своих подопечных, перебитых солдатами Лимсы Ломинсы.

Нация моряков нарушила пакт о разделе территории с целью захватить богатые полезными ископаемыми шахты кобольдов. В Лимсе посчитали, что их соседи чересчур по-хозяйски относятся к дарам Хайделин. И пускай они отчасти правы, для кобольдов это нападение стало бесчестным предательством, с тех пор обитатели поверхности для них – враги, а Титан – их оружие возмездия.

Любопытный факт Титан должен был появиться еще в первой, закрытой версии FFXIV. Сцены и бой с ним были готовы, однако его решили приберечь до лучших времен из-за землетрясения в Японии.

Weight of a Whisper + Weight of his Will + Weight of the World + Heartless + Under the Weight

Левиафан

«Испейте же вдосталь горького морского ликсира!»

Повелитель морей, примал подводной расы Сахагин. В родной стихии с Левиафаном не способна тягаться никакая армада. Хищные рыболюди и их гигантский змей – серьезная проблема для морской торговли. Появление Левиафана уже несколько раз оборачивалось катастрофой для Лимсы Ломинсы.

Один из таких инцидентов – его атака на поселение в западной Ла Ношии. Вызванное прималом цунами смыло все, что там было – даже земля стала похожа на морское дно. Силы Лимсы терпели потери, пока им не удалось выманить Левиафана на сушу и там его уничтожить. Изуродованный район перешел под контроль Сахагин, они устроили там нерестилище. Командование Лимсы объявило эту территорию утерянной, теперь там возвышается мощная стена с внушительным гарнизоном для предотвращения дальнейшей экспансии рыболюдей.

Сахагин то и дело грабят направляющиеся в Лимсу суда, а пленников преподносят в дар Левиафану. Обращенных водным прималом зовут "утопленниками", из них целиком состоит команда "Корсаров Змея". Упоминание этих подлых и безжалостных пиратов вселяет ужас даже в бывалых мореплавателей.

Любопытный факт Изначально песню о Левиафане исполнила женщина, но в последний момент директор игры решил, что там должен быть мужской вокал. Так как времени оставалось мало, композитору пришлось петь самому.

Wreck to the Seaman + Through the Maelstrom

Раму

«Вашу судьбу предрешит вековечный свет! Таков мой вердикт!»

Этот суровый бородач стоит на страже Святолеса – той его части, что принадлежит сильфам. Пять лет назад туда вторглась армия гарлеанцев – имперцы принялись рубить лес и истреблять сильфов. Этим мирным, хрупким созданиям было нечего противопоставить захватчикам, и, вопреки запрету старейшины, они обратились к прималу. Несогласные с этим сильфы покинули свой дом и основали новое поселение по соседству с людьми.

Пришествие Раму жестоко преобразило лесной народ. Сильфы молили примала дать им силу, но не представляли, что их ждет. Они стали кровожадны, враждебны ко всем без исключения, а некоторые и вовсе сошли с ума. Даже внешне они заметно отличаются от сородичей – их листья потемнели и приобрели лиловый оттенок. Будь то одинокий охотник или вооруженный до зубов имперский отряд – обращенные сильфы без раздумий набрасываются на всех, кто смеет ступить в их владения.

Существует теория, почему на призыв сильфов явился именно Раму. Своими качествами этот примал похож на одного из богов Дюжины, Ральгра Разрушителя. В частности, оба они орудуют молниями. Возможно, сильфы где-то слышали о Ральгре, и когда им потребовался заступник, их представление об этом боге воплотилось в Раму.

Thunder Rolls

Шива

«Примите безмятежность... Отриньте страсти, что вас снедают... И развейте их как прах по ветру...»

В отличие от прималов-покровителей зверолюдей, эта ледяная красавица родилась в воображении одного-единственного человека – девушки по имени Изель. Однажды она столкнулась с великим Хресвельгом, и благодаря дару Эхо ей открылась правда о тысячелетней войне Ишгарда с драконами. Изель поклялась покончить с кровопролитием – чего бы это ни стоило. Она взяла шефство над обретавшимися в пещерах Кертаса еретиками, под ее началом эти изгнанники превратились в грозную силу.

Изель не призывает Шиву так, как это обычно происходит – она сама превращается в примала. Она верит, что в нее вселяется дух Шивы – этой женщине некогда удалось объединить драконов и людей. На самом деле Шива-примал не имеет ничего общего с Шивой из воспоминаний Хресвельга. Этот примал скорее похож на почитаемую в Ишгарде фурию Халонэ, ей тоже приписывают власть над морозами.

Footsteps in the Snow + Oblivion

Могл Мог XII

«Вы жестоко поплатитесь за притеснение моих подданных!»

Как и Шива, примал муглов создан по образу исторической личности. Легенда гласит, что когда-то давно этот народ жил в небесах – пока там не разразилась война между богами. Муглы решили бежать на землю, но с их маленькими крыльями им было не под силу преодолеть такое расстояние. Король Могл Мог XII поручил свить веревку – самую длинную веревку в мире, чтобы муглы спустились по ней вниз. Веревку кто-то должен был все это время держать, и король взял эту ответственность на себя, таким образом он принес себя в жертву.

Никто не знает, насколько правдива эта история, но, в сущности, это не имеет значения – достаточно, что муглы в нее верят. Когда над их домом в Святолесе нависла угроза, группа воинственно настроенных муглов – "Муглостража" – провела запретный ритуал и призвала своего монарха. Могл Мог XII возник именно такой, каким его представляют – он большой и сильный, беспощаден к врагам и милостив к вассалам.

Seven Jesters + Good King Moggle Mog XII

Один

«Мой обсидиановый клинок рассечет нити твоей судьбы... а по его алому долу протечет вся твоя жизнь!»

Порой в Святолесе пропадают краски. Жизнь там будто замирает в оцепенении. Это значит, что на охоту вышел Один, черный всадник. В древности этот воин с севера встал на защиту жителей леса от аллаганцев. Людские молитвы воплотились в Зантэцкене – примале в виде меча. Зантэцкен сделал Одина бессмертным – когда он погибает, меч овладевает кем-нибудь поблизости и превращает его в новую инкарнацию черного всадника. Порой этим несчастным становится тот самый воин, что сразил примала.

Аллаганцам удалось победить Одина благодаря жертве великой колдуньи Вийу. Примала заключили в кристалле, а кристалл погрузили в зачарованный родник – там Один тысячелетиями ждал своего часа. Никто не знает, как он вырвался на свободу – возможно, кристалл кто-то повредил, а возможно, его магия ослабла сама по себе. По утверждениям следопытов, кристалл был разрублен ровно надвое – фирменный почерк Одина.

Лишившись и дома, и противника, Один бродит по Святолесу в поиске достойных оппонентов. Жители Гридании вовсе не рады такому опасному визитеру, но все попытки его изгнать окончились неудачей. Пока цел меч – черный всадник будет возвращаться вновь и вновь.

Любопытный факт В соответствии с предысторией, в фейте Steel Reign Один копирует облик игрока, который в прошлый раз нанес ему смертельный удар. Имя этого игрока отображается под именем примала.

The Corpse Hall

Бахамут

«Я есть катарсис во плоти. Я есть начало и конец. Все равны предо мной. Все истлеет в моем свете.»

Самый грозный среди всех прималов. Его пылающая ярость оставила неизгладимый след на Эорзее. Один из первых драконов, Бахамут погиб в войне с Аллагом. Вскоре он возродился в качестве примала, но даже питаемый молитвами своего народа, он не смог совладать с агрессором. Бахамута пленили и запустили в космос в гигантской тюрьме, где он поглощал и преобразовывал для аллаганцев солнечную энергию.

Сменялись эпохи, Аллаг канул в лету, а Бахамут так и курсировал по орбите, переполненный гневом и отчаянием. Освободиться ему удалось с помощью гарлеанских ученых. Они исследовали древний спутник ради утерянной технологии и никак не ожидали обнаружить там примала. Прежде чем они поняли, что происходит, Бахамут подчинил их своей воле и заставил обрушить спутник на землю. Вырвавшись из тюрьмы, он немедленно принялся поливать огнем всех и вся. И хоть Бахамут пробыл на свободе считанные минуты, он успел устроить невиданное по масштабу разрушение. Этот эпизод вошел в историю как Седьмое Бедствие.

В настоящее время Бахамут вновь находится в плену у аллаганских механизмов. Протянув щупальца по всей Эорзее, они медленно реконструируют его тело. Нет ни малейших сомнений – если ничего не предпринять, когда-нибудь примал вырвется из заточения и возобновит губительный полет.

Answers

Феникс

«О чем я молился и чем я стал... Здесь сокрыта истина о перерождении Эорзеи. Вы пришли за ответами – так возьмите их силой!»

Символ надежды и перерождения, появился в ночь Бедствия, когда Бахамут поливал Эорзею огнем. Архонт Луизуа призвал на бой с Бахамутом всю святую Дюжину, но даже людским богам оказалось не под силу совладать с бушевавшим прималом. Казалось, что все пропало, ну тут в порыве отчаяния Луизуа вобрал в себя оставшееся от Дюжины облако эфира.

Молитвы людей о спасении и несгибаемая воля самого архонта превратили его в Феникса. Два примала столкнулись в небе, и округу сотрясла волна необычайной силы. Луизуа нанес Бахамуту сокрушительный удар, и, решив, что дело сделано, стал развоплощаться. Сила Феникса преобразила Эорзею, выжженная земля наполнилась жизнью, настала новая эра.

Однако Луизуа допустил просчет – Бахамут пережил его атаку. Балансируя на грани смерти, примал-дракон поглотил своего оппонента. Теперь Луизуа-Феникс обретается в прорытом аллаганскими машинами подземном лабиринте – он сторожит Бахамута, пока тот восстанавливается. Все, что ему остается – ждать, когда в Эорзею вернутся Воины Светы и навсегда покончат со злокозненным прималом.

From the Ashes

Бисмарк

Высоко в небе, на парящих островах живут племена Вану Вану. Согласно мифу, их предков туда доставил белоснежный летающий кит. Самому воинственному племени – Вунду, удалось призвать его монструозное подобие.

Бисмарк – единственный примал без малейших зачатков интеллекта. Его любимое занятие – пожирать острова, богатые кристаллами ветра. И все же его не стоит недооценивать: он способен вызывать бурю, а его панцирь выдерживает обстрел даже из крупнокалиберных орудий.

Limitless Blue + Woe that Is Madness

Равана

«Жизнь есть борьба. Воин ты или же трус?»

Искусный мечник и мудрый полководец, под его руководством жуки Гнат медленно, но верно захватывают окрестные территории. До недавнего времени этот своеобразный народ мирно копался в своем огромном улье и не собирался ни с кем воевать. Их мировоззрение поменялось, когда к ним упал раненый дракон. Добив его, Гнат поняли, что даже такие могучие существа смертны. Не имея ни малейшего представления, как вести боевые действия, Гнат призвали Равану – так их коллективный разум представляет безупречного воина.

Сказать, что Равана любит войну – значит, ничего не сказать. По его мнению, это единственный смысл в жизни, самое прекрасное, что в ней есть. Поле боя для него – цветущий сад, а павшие воины – сорванные цветы. Примечательно, что, не смотря на воинственность, Равана не стремится разрушать. У него имеются строгие принципы, он следует им даже вопреки интересам Гнат. Кодекс чести – неслыханная редкость для прималов.

The Hand that Gives the Rose + Unbending Steel

Тордан

«Я сокрушу всякого, кто воспротивится моей воле – будь то слуга Света или же слуга Тьмы.»

История основания Ишгарда известна каждому жителю этого величественного города. Будь то простолюдин, рыцарь или дворянин самых голубых кровей – все они выросли на легенде о короле Тордане и его двенадцати рыцарях. Тысячу лет назад, на заре Ишгарда они сразились со злобным драконом Нидхеггом. Битва длилась целую неделю и дорого обошлась обеим сторонам – Нидхегг был повержен, но Тордан и половина рыцарей погибли. Ценой собственных жизней им удалось спасти молодую нацию.

На самом деле все было несколько иначе. Агрессором выступал не Нидхегг, а сам Тордан. Король завидовал долголетию драконов, он жаждал их силы – силы, что содержится в их глазах. С этой целью он вероломно убил Рататоск, сестру Нидхегга. Почувствовав ее смерть, дракон бросился мстить. К тому времени Тордан и его рыцари уже овладели силой Рататоск – они побороли Нидхегга и вырвали у него глаза. И хотя сам Тордан скончался от ранений, Нидхегг поклялся вечно мстить людям за преступление их первого короля. С тех пор Ишгард и Нидхегг – заклятые враги, их противостояние зовут Войной Драконьей Песни.

Правда о том дне держится в строжайшей тайне, она известна только правителям города. Нынешний глава Ишгарда, архиепископ Тордан VII, задумал покончить с войной нетривиальными средствами. Черпая силу из глаз Нидхегга, он создал примала из сказаний о героическом короле. Он намеревается править миром в обличье короля-бога, железной рукой подавляя малейшие конфликты. Свою стражу он тоже превратил в прималов – и без того элитные воины, они стали во много раз сильнее. Питаемый драконьей силой и безоговорочной верой ишгардцев, Тордан не остановится ни перед чем, чтобы установить в мире абсолютный порядок.

Heroes Never Die + Heroes

Сефирот

«Эквилибр жизни... Я склоню чашу твоих весов и напьюсь твоей обильной силы!»

Пять тысяч лет назад, на пике могущества Аллаганская империя принялась завоевывать южный континент – Мерасидию. Аборигены противопоставили незваным гостям своих прималов. В конечном итоге аллаганцы одержали верх – им помогло не только техническое превосходство, но и разобщенность мерасидийцев. Их прималы сражались друг с другом с не меньшим энтузиазмом, чем с захватчиками. Прозванные "Воюющей триадой", они были помещены в двигатель летающей конструкции под названием Азис Лла. Недавно разразившаяся там битва повредила механизм, державший прималов в стазисе, и "Триада" начала пробуждаться.

Первым свободу обрел Сефирот. Этот примал возник из легенды о великом дереве, от которого пошла вся жизнь. Ему поклонялась раса древоподобных людей. Сефирот персонифицирует силу жизни, ее неумолимость и бескомпромиссность. По следам Сефирота вырастают целые леса, а сам он способен моментально увеличиваться до исполинских размеров. Это качество стало неприятным сюрпризом для аллаганских полков, сметенных и раздавленных грозным прималом.

Battle to the Death + Fiend

София

«Грех должно уравновесить страданием.»

Богиня равновесия в древней Мерасидии. София правила в стране с множеством разных народов. Стремление к гармонии в неоднородном обществе как раз и породило этого изящного примала. Ее последователи следили за балансом во всех сферах жизни, чтобы везде царил священный для них эквилибр.

На родине Софию чтили за мудрость, однако история свидетельствует, что по жестокости она не уступала другим прималам той эры. Во имя равновесия – в том смысле, в каком она его понимает – София готова пойти на любые меры, она без колебания жертвует даже собственными людьми.

Battle to the Death + Equilibrium

Зурван

«Во времени застыл мой огненный доспех. До края бесконечности – немеркнущий успех!»

Последний из "Воюющей триады", этому прималу поклонялись мерасидийские кентавры. В их пантеоне Зурван карал злых богов, он олицетворял триумф справедливости. Впрочем, после длительного заточения он не настроен разбираться, кто – прав, а кто – виноват. Все, чего он теперь хочет – нести погибель.

Любопытный факт У "Триады" поровну разделены все шесть стихий. Сефирот соотносится с элементами жизни – землей и водой, арсенал Софии состоит из заклинаний грома и ветра, а Зурвану подвластны две полярные стихии – огонь и лед.

Battle to the Death + Infinity (фаза 1) + Infinity (фаза 2)

Александр

«Небесная кара будет запущена через 10 секунд... 5 секунд до небесной кары... 4 секунды... 3... 2... 1...»

Идеальная машина, призванная создать идеальный мир. Этому стальному гиганту под силу перенестись в любую эпоху, исправить любую ошибку прошлого.

Первоначально Александр задумывался как мобильная крепость для обороны Шарлаяна, города знаний. Когда шарлаянцы покинули Эорзею, опасаясь имперского вторжения, крепость спрятали на дне Талиакской реки. Годы спустя в заброшенном городе обосновались Синерукие – секта гоблинов-милитаристов. Их мечта об утопии пробудила Александра, и механический примал восстал из глубин озера.

Впрочем, хоть гоблины и ответственны за появление примала, вовсе не они его придумали. Принцип работы Александра сто лет назад сформулировал восточный философ из племени Ау Ра. Волосы у этого племени традиционно синего цвета, именно поэтому гоблины зовут себя Синерукими – так они демонстрируют, что прикоснулись к идеям этого человека.

В отличие от остальных прималов, Александру не требуется подпитка в виде кристаллов и других источников энергии. Благодаря "ключу" – могущественному артефакту в его двигателе, он может самостоятельно поглощать необходимое количество эфира. Поломки Александру также не страшны – его работоспособность обеспечивает армия роботов.

Просчитав все пути развития истории, Александр пришел к однозначному выводу: главная угроза светлому будущему – это он сам. Перемещение во времени – энергоемкая процедура, особенно с учетом внушительных размеров примала. Нанесенный планете урон перечеркнул бы любую пользу от его вмешательства, и потому Александр решил себя нейтрализовать. Манипулируя Синерукими, он создал петлю во времени, где вред от него сводится к минимуму.

Александр – примал-парадокс, власть над временем он употребил на вычеркивание себя из истории.

Moebius + Rise